– Что ты имеешь в виду, Дейв? – спросил я.

– Возможно, «прыгнуть-вверх-вернуться-снова» и означает какую-нибудь их игру, – сказал Йост, – но с таким же успехом это может быть эсхатологическим термином, священным знаком, краткой метафорой, описывающей смерть и воскрешение. Вы не согласны?

Майк Фалкенберг насмешливо фыркнул.

– Боже, Дейв, надо же так вывернуть все наизнанку!

– Но ты все-таки подумай.

– Полагаю, ты впадаешь в крайность, приписывая их символам слишком глубокое содержание, – сказал Фалкенберг. – Уж не хочешь ли ты сказать, что у шимпанзе есть теология?

– Мне думается, что сейчас у них идет процесс формирования религии, ответил Йост.

Возможно ли такое?

Иногда, как заметил Майк, при работе с шимпанзе мы действительно теряем ощущение реальности, переоценивая порой их умственные способности. Но я думаю, что столь же часто мы их недооцениваем.

Прыгнуть-вверх-вернуться-снова.

Да уж. Тайные священные речи? Теология у шимпанзе? Вера в загробную жизнь? Религия?

Они знают, что у людей существует целый комплекс ритуалов и верований, который называется религией, хотя трудно сказать, как много они из всего этого понимают. Концепцию религии преподнес им уже довольно давно Дейв Йост во время метафизических дискуссий с Лео и другими альфами. Для простоты он предложил им иерархическое устройство мира, которое начиналось с бога. Ниже шли люди, потом шимпанзе, потом собаки, кошки и так далее до лягушек и насекомых. Что-то вроде великой цепочки жизни, упрощенной для понимания шимпанзе. Они, разумеется, уже видели насекомых, лягушек, кошек и собак, поэтому захотели, чтобы Дейв показал им бога. Ему пришлось объяснить, что бог неосязаем, недоступен и живет высоко наверху, хотя его естество пронизывает весь окружающий мир. Сомневаюсь, чтобы они многое поняли. Однако Лео, постоянно поражающий нас своим умом, захотел узнать, как мы общаемся с богом, если его нет рядом с нами и он не делает знаков.